Главная > Духовная культура, Суфизм, Человек > Самураи и джаванмарди

Самураи и джаванмарди


Бусидо

Мировоззрение японского воина — это гармония воинственного начала, высокой нравственности и учености. Его нравственный облик определялся преданностью, благородством, чувством долга и чести. Кроме профессиональных навыков, он должен был обладать милосердием, чувством жалости, великодушием и симпатией к людям…Важнейшим качеством настоящего самурая было благородство, которое считалось “высшим проявлением справедливости”. “Благородство, — сказал один знаменитый самурай, — это способность души принимать решения согласно с совестью, без колебания: умереть, если это нужно, убить — когда это потребуется”. Ключевым в кодексе Бусидо является понятие долга.

Полностью здесь

Джаванмарди

До возникновения ислама традиция рыцарства (джаванмарди) на Ближнем Востоке поддерживалась специальным воспитанием, формировавших из мужчин рыцарей, или джаванмардан.

В традицию рыцарства входят предупредительность (моровват), самопожертвование (итхар), преданность (фада-кари), помощь обездоленным и беззащитным, доброта ко всему живому, умение держать слово, и самоотверженность — все те качества, которым предстояло позднее составить комплекс благородных свойств человека, совершенного с суфийской точки зрения.

Стремясь к обретению таких подлинно человеческих качеств, рыцари неукоснительно следовали определенному кодексу и правилам, на основе которых были сформулированы важнейшая цель и принципы рыцарства, или джаванмарди.

С появлением ислама рыцари приняли эту религию, в то же время сохраняя рыцарские традиции, формируя мировоззрение суфизма на основе как ислама, так и рыцарства. Таким образом, этикет рыцарей стал частью суфийской практики как в ханаке, так и вне её.

д-р Дж. Нурбахш. Рыцарство

(Опубликовано в книге «Беседы о суфийском Пути»)

* * *

Felice Beato, Rare photo of true samurai, c.1866, Japan

* * *

[Айярыолуфта и традиция джаванмарди в Средней Азии]

Организация айяров в каждом городе имела старшину и подчинялась жёсткому уставу. По этому уставу в него не могли, вступит те ремесленники по долгу службы обслуживающих всех людей, в том числе и воров и негодяев. К таким айярский устав включал мясника и парикмахера. Так как основным оружием айяров был топор, носимый ими в широкой рукаве капанака (войлочной фуфайке), можно предположит, что первоначально они сформировались на основе объединения дровосеков и мясников. Организация эта существовало легально и в него между походами вступали воины отставшие временно до призыва без работы. Внутренние дела организации были строго засекречены и если что нибудь из их секретных дел станет известным, рассекретивший человек мог бы поплатится жизнью.

Устав айяров с изменениями и дополнениями дошёл до нас в произведении Хусайн Ваиза Кошифи «Футувватномаи султони». В Самарканде и Бухаре айяров называли по-разному, то ахи, то фати, то джавонмард, а в конце Х1Х — начало ХХ века бухарских айяров называли олуфта и лаванд. Одного их них по имени Шукурбек в своих произведениях описывали С. Айни и А. Дониш, который грабил нечестно нажитое у богачей, и раздавал бедным и студентам.

Отсюда (сохранена орфография источника)


[Олуфта — гуляка, щеголь]

Садриддин Айни
«Бухара»
(воспоминания)
1949

Гуляки Бухары

Посещая бухарские вечеринки, много разного народа встречал я, много разных людей узнал.

Большинство из встречавшихся мне были конюхами, возчиками, водоносами, каменщиками, плотниками, различными ремесленниками — скромными, общительными, сердечными людьми. Конечно, не все из них были постоянными посетителями пиршеств, но те, которые ходили на них, как правило были остроумны, находчивы, из тех, что за словом в карман не лезут. Среди них было немало отличных чтецов стихов и даже сочинителей песен, хотя при всем этом они оставались совершенно неграмотными.

Они любили говорить не просто, а так, чтобы в словах их содержался двойной смысл; любили, понимали и знали шутку. Случалось, что, желая похвалить танцора или певца, в похвалу ему тут же слагали стихи. Некоторые, желая выразить свое восхищение, брали чашу, блюдо или даже кувшин и разбивали о свою голову. Это наивное выражение чувств требовало сноровки и своеобразной ловкости.

Если попадал на их вечеринки человек из дальнего квартала, его непременно шли провожать, чтобы кто-нибудь не обидел в ночном городе. Это было лишь малым проявлением большой, горячей дружбы, обычной среди этих людей. Во имя дружбы каждый из них готов был пожертвовать собой. Но при ссоре или вражде они не знали ни пощады, ни робости.

Если кого-нибудь из них обижал грубый человек, проходимец или уличный озорник, обидчика жестоко наказывали. Если же ссора возникала между двумя честными людьми, вопрос решали борьбой или поединком.

Поединок считался неизбежным, если кому-либо нанесено оскорбление, если в ссоре затронута честь человека. Честь могла быть задета при различных обстоятельствах, если усомнились, например, в силе, смелости и твердости.

Этих простых людей Бухары, поставленных в тягчайшие условия жизни, но мужественных, трудолюбивых, хотя и неразборчивых в средствах защиты своего человеческого достоинства, называли «олуфта», что можно перевести и жестоким словом «головорезы», и безобидным — «гуляки». Их можно было различить даже по внешности. Юноши, состоявшие в учениках ремесленного цеха, обувались в туфли на каблуках, на босу ногу. Конец их чалм выпускался коротко, а чалмы повязывались гладко. Подпоясывались они платком и к нему подвешивали два небольших ножа в кожаных ножнах. Рубашки они носили с закрытой грудью, по краю обшитые каймой.

Юноши звались «полуготовыми». Лишь овладев приемами борьбы и опытом в ней, научившись удару головой, ногой и коленом, они могли продвинуться вперед и получить звание «готового».

«Готовые» обувались в сапоги на каблуках. Подпоясывались кушачком, на котором висел нож длиной в поларшина. Носили они халат с застегивающимся воротником, но воротник никогда не застегивали. Конец чалм выпускался длинней, чем у юношей, а чалмы они повязывали, сперва закрутив ткань жгутом, отчего чалма на голове напоминала корзинку.

Над всеми ними наподобие главы цеха стоял «муж мужей». Он носил на босу ногу остроносые туфли без каблука, сшитые из желтой козьей кожи, а чалму повязывал маленькую, но по-афгански выпуская от нее длинный конец. Зимой и летом на нем был халат с наглухо застегнутым воротником. Халат опоясывался простым дешевым платком, на котором подвешивались маленькие ножны из темной кожи.

Для всех них было нерушимым клятвенное слово «саттор». Когда кто-нибудь давал крепкую клятву, он заявлял:
— Саттор, это я сделаю!

Какое бы препятствие ни встретилось, хоть голова долой, а обещание надлежит выполнить. Если же перед препятствиями поклявшийся смалодушничает, клятва считалась невыполненной, сам он изгонялся из среды гуляк, и ему присваивали прозвище «намард», что означало «изгой», «недостойный человек».

Из «готовых» каждый мог стать «мужем мужей». Если «муж мужей» умирал или совершал недостойный поступок, из среды «готовых» избирался человек, наиболее выдающийся в мужестве, отваге, силе, но не запятнанный ни участием в каких-либо грабежах или кражах, ни грубым озорством.

Случалось, что по какой-нибудь причине между «мужем мужей» и «готовым» происходил поединок. Если в этом поединке «муж мужей» оказывался побежденным, то его звание получал победитель. Если же побеждал «муж мужей», поверженный «готовый» навсегда изгонялся из среды «олуфта». Изгонялся за то, что, будучи менее силен, оказал неуважение «мужу мужей», вызвав его на поединок.

Изредка случалось, что поединок происходил между двумя «готовыми». Побежденный должен был покориться, признать победителя правым и более ничем не выражать своих требований или взглядов, послуживших причиной поединка. Иначе он изгонялся из среды гуляк.

В бытность мою в медресе Бадалбек гуляк Бухары возглавлял махдум Мухаммади из квартала Моркуш. Ему было за пятьдесят, но седина еще не тронула его черной бороды. Худощавый, смуглый, «муж мужей» смотрел из-под нависших густых бровей быстрыми, проницательными черными сверкающими глазами.

Он работал в одной из шелкоткацких мастерских Джуйбара. Трудно сохранить здоровье в тесных, сырых мастерских, где за станком ткач сидел до пояса в земляной яме, и махдум Мухаммади, работавший ткачом с детства, всегда выглядел бледным, болезненным, как чахоточный.

Труд плохо обеспечивал ткачей. От мастера требовалось в течение недели выткать заданный очень большой заказ без малейшего брака, и лишь в случае полного отсутствия каких-либо изъянов ткани он получал ничтожную плату за неделю напряженного труда.

Ткачи, работая в чьей-нибудь мастерской, жили там же, оставаясь в мастерской круглые сутки в течение недели. Лишь в четверг, в полдень, они кончали неделю и уходили домой или погулять. В пятницу к вечеру все возвращались в мастерскую и приступали к работе.

Мастера гуляли, как и все бухарцы, по берегам водоема Диванбеги. Местом своих встреч и отдыха избирали какую-нибудь из чайных на берегу этого водоема. В четверг вечером они собирались у одного из них на дому, устраивали там вечеринку, а в пятницу гуляли по городу, если же погода оказывалась хорошей, уходили гулять куда-нибудь за город.

В последнее время махдум Мухаммади уже не ходил ни на гулянья, ни на вечеринки. Из мастерской он шел к себе домой. Жены и детей у него не было, хозяйство вела сестра, бездетная вдова. Пока сестра готовила горячий обед, он поднимался наверх, в балахану, отдохнуть от недельной усталости. В хорошую погоду выходил к берегу водоема Газийан, который находился в соседнем квартале. Там не было чайной, но водоем окаймляли раскидистые деревья, и днем в их густой тени держалась прохлада. Из чайной на базаре Газийан махдум Мухаммади брал чайник чая и, сев на ступеньке водоема, ставил чайник рядом с собой. В жаркую погоду он опускал ноги в свежую воду и так подолгу сидел, отдыхая в прохладной тени. Рядом на разостланном платке, лежала разломленная лепешка, остывал чайник, а он лишь изредка брал ломтик лепешки или отпивал глоток чая и молчал, думая о работе ли своей, о жизни ли, вспоминая ли о чем-то.

Если замечал на берегу кого-нибудь из старых знакомых, он приглашал его выпить с ним чашку чая и, потолковав несколько минут, оставался снова наедине со своими раздумьями.

Когда махдум Мухаммади кому-нибудь был нужен, его искали или поджидали здесь, на берегу водоема Газийан. Однажды к нему подсел старшина цеха сапожников и, завязав разговор, пожаловался на нескольких молодых гуляк. Он рассказал, что брат его как-то пошел на базар и озорные юноши оскорбили его дерзкими словами и недозволительными выпадами.

К концу разговора старшина сапожников попросил Мухаммади заступиться за брата, осадить распоясавшихся гуляк. Мухаммади согласился.

— Я не хожу на водоем Диванбеги, но ради вас сделаю исключение. Пришлите сюда своего брата, пусть он идет за мной следом, пока я дойду до Диванбеги, и пусть ходит за мной все время, пока я буду там и когда я вернусь сюда. Этого достаточно, чтобы укоротить руки озорников и заткнуть глотки этих желторотых птенцов.

Когда брат старшины появился и стал невдалеке, Мухаммади поднялся и пошел к водоему Диванбеги. Брат старшины пошел следом, на шаг позади «мужа мужей».

Мухаммади через кварталы Чархарас, Гавкушан, Сесу, через Мануфактурный ряд и Купол Саррафон вышел на берег Диванбеги. Он сделал круг по берегу и через Чайный ряд, через Нитяной, Прядильный и Кишмишный базары вышел на Тыквенный к Куполу Ходжа Мухаммади Паррона.

Затем он через Слесарный ряд, кварталы Сиёхкаран и Маради-хан, Новый базар, Мухаммед Газали и Даббиён возвратился к водоему Газийан. Брат старшины, также ни слова не говоря, вернулся к себе домой, а махдум Мухаммади сел возле ожидавшего его чайника и лепешки. Среди гуляк и озорников Бухары немедленно стала известна эта прогулка «мужа мужей», и весь город понял, что брат старшины сапожников взят под защиту махдумом Мухаммади. С этого часа на подзащитного не только никто не покушался, но даже глаз не смел поднять.

* * *

Вот исследование, где джаванмарды выглядят похожими на ниндзя : )

«…айяры и джаванмарды исполняют, выражаясь современными терминами, Функции агентурной, стратегической, тактической, полевой разведки, диверсий и захвата «языка». Как правило, знаменитых айяров и джаванмардов знают в лицо их противники, что осложняет их задачу проникать в ряды противника. В таких случаях они прибегают к помощи «оружия» разведчика — снадобий, которые изменяют ихвнешность до неузнаваемости. В тех же целях, но уже для усыпления и захвата противника, для последующего приведения его р чувство’также используются такие снадобия. Айяры и джаванмарды, у которых непременно имеется специальная сумка — мешок, постоянно держат в сзоей сумке различные виды этих снадобий.’ Сами айяры и джаванмарды называют эти снадобия по-различному: «даруйи шабпарак» (снадобье «бабочка»), «парванайи айяр» (мотылек айяра), «хуккаи айяри » (шкатулка айяра) и «намаки аши дардмандан» (соль для пищи больных). Эти снадобия используются айярами разными способами: кладутся в вино, пищу, в горящую свечу, в нос спящему или связанному человеку. Часто айяры прячут свои снадобия за ухом, под волосами, на поясе и незаметно для противника достают оттуда и кладут куда удобнее. Самак айяр часто кладет «даруйи биху-ши» (снадобье для потери сознания) в огонь или гррящую свечу и незаметно для противника, который присутствует при этом, зажимает свой нос.

Следует заметить, что об усыпляющих порошках в том значении, что и в книгах о приключениях айяров н джаванмардов, упоминается и в классической поэзии иа фарси. В частности, в «Шак-наме» з повести о Бижане и Маниже Фирдоуси упоминает снадобье «хушбар» {отнимающее сознание), которым Манижа усыпляет своего возлюбленного, Бижана:

Когда пришло время /Бижану/ уходить,
Возникла /у Манижи/ нужда видеть Бижана.
Приказала, чтобы усыпляющее снадобье
Прислужник с пищей смешал.
Когда дали ему его покушать, опьянел муж
И его голова беспомощно-опрокинулась назад
(том III, с.427).

Но любопытнее всего, конечно, процесс, когда айяры с помощьа мазей и порошков изменяют свою внешность. Самак айяр или другие джаванмарды и айяры, переодеваясь в купцов, стольников, дворников, лекарей, фокусников, виночерпиев, танцоров, лоточников, музыкантов, водоносов, мясников, лавочников, звездочетов, пастухов, нищих, караванщиков,’кузнецов и т.п., всегда маскирует свою внешность под их облик. При этом он в ‘Считанные минуты перекрашивает бороду, волосы в различные цвета, выводит бороду целиком, меняет цвет кожи на лице и руках, а при необходимости, на всем теле. Снадобия айяры’ готовят сами, но отдельные компоненты покупают в аптеках, как это описывается, в частности, в «Самаке айяре». :

Одежда и вооружение айяров и джаванмардов, как правило, отличается от обычных. Одежда,и вооружение айяров и джаванмардов легки и удобны для подвижного образа действий. Обычно они носят подогнанные шаровары и рубаху, короткий кафтан, но обязательно длинную веревку с крючками для лазания на высокие стены, сапоги и войлочную шапку. Тяжелого меча, как у обычного воина, у айяров и джаванмардов нет. Они носят кинжалы, которые называются «дашна», и отличаются от обычного кинжала своей внушительной длиной. Айяры и джаванмарды обычно носят несколько таких ножей. Лук не постоянное оружие айяров и джаванмардов, хотя они обязаны владеть им отлично, как и другими видами оружия. Кроме веревки для лазания на стены, у айяров и джаванмардов в вооружении имеется еще аркан, которым они пользуются виртуозно.

Среди айяров и джаванмардов редко попадаются богатыри, но это им компенсируют исключительная ловкость, владение различными приемами рукопашной борьбы, всевозможные хитрости. Поэтому система подготовки айяров и джаванмардов в корне отличается от системы подготовки обычного воина, она значительно разнообразна и сложна».
      
Айяры Хорасана и их отражение в персоязычной литературе

Источник

Реклама
  1. Комментариев нет.
  1. No trackbacks yet.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s