Служить Господу, не ожидая награды

1) Антигон Сохоский говаривал: Не будьте как рабы, служащие господину своему   в видах получения платы,   но будьте как рабы, служащие господину своему без расчета на получение платы, и да будет вам присущ страх Неба.

(Пиркей Авот 1, 3).

Источник

Антигон Сохоский. (ок. 190-160гг. до н.э.)

Ср. с суфийскими представлениями здесь:

Не как рабы, рассчитывающие получить вознаграждение. Рабийа и саддукеи

В той же теме приводится параллель с Евангелием.

*
Также параллель с учением оптинских старцев:

10. Надо служить Богу, не ожидая награды в этой жизни

18 Октября 1879 г.

При том и то надо сказать, с платою покоем или деньгами все прислуги мирян служат: даже часто добиваются послужить, и не добьются… а мы то монахи, тоже ищем платы, благодарности, любви?.. Ну, а если тебе начнут платить всем этим с избытком, а в свое время скажут: восприял еси благая в животе твоем?..

Письма преподобного Анатолия Оптинского, старшего.

 

* * *

— Почему в этой жизни ожидать награду – грех, а в “той” – уже не грех?

— Потому что награда в этой жизни ясна и очевидна, тогда как награда в той жизни  проблематична и верить в нее – само по себе моральный подвиг.

“…то совершенство и радость, которые религия обещает верующим в загробной жизни, дервиш испытывает в этой:

Я – ученик у Мастера священного огня,
Так не сердись же, проповедник, на меня:
Того уже достиг он в этом мире,
Что ты лишь в будущем готовишь для меня.

Хафиз”

Источник

Тот же Хафиз писал:
“Если кто-то и получает прибыль на этом базаре [жизни], то это умиротворенный суфий.”

Суфийские особенности поэтики Хафиза

… “введение в заблуждение” читателя выходит за рамки приема украшения и является, скорее, ведущей творческой стратегией. Неоднозначность, “недовыговоренность”, ощущение загадки и тайны – один из главных messages его поэзии, и именно он подвергается наибольшим разрушениям в переводе на другие языки. Хафиз использует весь спектр лингвистических и поэтических приемов, чтобы “поймать” значение (ма’на) при помощи слов (лафз). т.е. сделать его явленным (захир), так, чтобы оно было перед глазами (дар барабар-и чашм) и скрыто от взора (гайиб аз назар)…

Многие поэтические идеи (ма’ани. мадамин) выражены в стихах поэта таким образом, что пребывают в созданном им мире, как возможные вещи (мумкинат) в мире сокрытого (алам ал-гайб), и обретение ими той или иной конкретной формы бытия зависит от намерения, воли и перцептивной способности слушателя.

Напрашивается параллель между доминирующей в мусульманской традиции философской рефлексией относительно Творения (возможность - имкан, реализующаяся как существование либо несуществование) и художественной стратегией поэта – Творца виртуального, поэтического мира газели.

В кн.: Россия и мусульманский мир: инаковость как проблема.М.2010. Стр.455.

Труды Института восточных культур и античности. Выпуск XXYII

Столетие поэта и переводчика восточной поэзии С. Липкина

Ибн Сина, Хайам, ХафизАБУ АЛИ ИБН СИНА (АВИЦЕННА)

(ок.980-1037)РУБАИ

* * *

Плохо, когда сожалеть о содеянном станешь,
Прежде чем ты, одинокий, от мира устанешь.
Делай сегодня то дело, что выполнить в силах,
Ибо возможно, что завтра ты больше не встанешь.

Хафиз в переводе В.С.Соловьева

Всех, кто здесь в любовь не верит,
Я зову к своей могиле!
Милой имя назовите
И дивитесь тайной силе:
Стоном жалобным ответит
Сердце бедное в могиле

Лето 1885 г.

Ринд (Хафиз, Омар Хайам, Баба Тахир)

Ринд – понятие, часто встречающееся в персидской суфийской литературе.

* * *

«Ринд» в переводе означает «босяк», «бродяга», «трущобник» — презрительное определение ортодоксальными мусульманами и знатью свободолюбивых поэтов, гедонистов, не признающих запрета на вино и воспевающих плотскую любовь. Такие поэты собирались обыкновенно в кабачках, где веселились до утра, вели суфийские споры и читали стихи.

Но гедонистическую линию можно истолковать и в ином ключе. Из всех возможных переводов слова «ринд» Гумилев останавливается на варианте «трущобник». В трущобах — развалинах старых зданий — содержались питейные заведения. Содержателями кабачков были маги-зороастристы. Говоря о «храме магов», который призывает риндов, Гафиз приглашает веселых гуляк спешить в кабак для разгульной ночи. Но одновременно «храм магов» имеет второе значение. Мировоззрение Гафиза включает и домусульманские элементы. Следы интереса к ним мы находим в раннем творчестве Гумилева, например в стихотворении «Песнь Заратустры» (сборник «Путь конквистадоров», 1905). Поэтому «храм магов» может читаться и в прямом смысле: по концепции Гафиза, поэт боговдохновен, озарен огнем мистического прозрения. «Утратил я чувства свои в лучах того естества!» (7) — восклицает Гафиз, через столетия перекликаясь с Пушкиным («Пророк»). В свете гафизовской концепции поэта то, что герой Гумилева «виночерпия взлюбил», также имеет два значения. Винопитие может быть и разгулом, и таинством. Поэтом-пророком является у Гафиза его лирический герой гуляка-ринд. http://www.gumilev.ru/main.phtml?aid=5000853

* * *

Существуют два вида суфиев: один называется Ринд, а другой Салик. Вид который называется Ринд очень хорошо выражен в переводах Фицджеральда из Хайяма: “О мой Возлюбленный! Наполни чашу, которая сегодня очистит от сожалений прошлого и будущих слез. Поэтому завтра я может быть стану собой, со вчерашними семью тысячами лет!” Здесь он имеет в виду сделай лучшим теперешний миг и если ты живешь в этом мгновении, именно сейчас ты можешь ясно увидеть вечность. Но если ты удерживаешь мир прошлого или мир будущего перед собой, ты живешь не в вечности, но в ограниченном мире. Другими словами: живи не в прошлом и не в будущем, но в вечности. Теперь, мы должны попытаться открыть то счастье, которое должно быть найдено в свободной душе.

Это центральная тема всех великих поэтов, которую можно назвать Ринд. Их жизни не связаны так называемыми принципами подобными ортодоксальным. Они свободны от всякого рода предубеждений, догм и принципов довлеющих над человечеством. В то же время это люди высоких идеалов и великой морали, глубоких размышлений и сильно продвинутые в осознании. Они живут свободной жизнью в этом мире заточения, где каждое существо пленник.

Инайат Хан http://www.sufimovement.ru/sufteach.htm

* * *

Хафиз

Сердце, воспрянь! Пост прошел, настала весна.
В хумах вино отстоялось, требуй вина,
Минуло время клятв и молитв лицемерных.
Риндов пора наступила – веселья полна.
Пусть утешаются ринды песней за чашей.
В чем преступление пьющих? В чем их вина?
Лучше уж пьяница искренний, не лицемерный,
Чем этот постник-ханжа, чья совесть черна.
Мы не аскеты, мы – чистосердечные ринды.
Знание правды – вот наша тайна одна.
Зла мы не делаем людям, покорны Йездану.
Но если скажут: “Не пей!”—мы выпьем до дна.
Лучше уж быть винопийцей, чем кровопийцей.
Кровь виноградной лозы для уст не грешна.
Кто без греха? Есть ли грех в опьяняющей чаше?
Грех мой на мне, если чаша мне эта вредна!

Хафиз. Пропавший Иосиф в родной Ханаан возвратится…

Пропавший Иосиф в родной Ханаан возвратится – не плачь.
“Убогая хижина в розовый сад превратится – не плачь”.

Вернется покой в эту душу, хлебнувшую горя,
Смятенное сердце по воле небес исцелится – не плачь.

Настанет весна, и на троне весеннего луга
Нас розы укроют от солнца, о певчая птица – не плачь!

Не может быть вечно враждебным вращение неба,
Навстречу желаниям нашим должно и оно обратиться – не плачь.

За темной завесою тайна грядущего скрыта,
Но радость, я верю, еще озарит наши лица – не плачь.

Паломник в пустыне, не пойся шипов мугильяна,
Шипы не помеха тому, кто к святыне стремится, – не плачь.

Что ты перенес от людского коварства и злобы -
Все знает Всевышний, все щедро тебе возместится – не плачь.

Хоть полон опасностей путь и длинна до Каабы дорога,
Не может она бесконечно все длиться – не плачь.

И ты, Хафиз, в своем нищем, убогом жилище,
Пока есть Коран и пока еще можешь молиться, – не плачь!

Хафиз

Пер. Г.Плисецкого

* * *

Эта газель вдохновила А.А.Фета на создание стихотворения “Если осень наносит злые морозы – не сетуй ты…”

Хафиз. Вино Вечности. М.Эксмо-Пресс.1999. № 79

Шах Ниматулла Вали и Хафиз

Шах Нематуллах Вали (1330-1431) известный шиитский мистик, основатель религиозного течения нематуллахийе. Его мавзолей находится в 35 километрах от Кермана в городе Махан. Шах Нематуллах Вали достиг высокого мастерства и в области поэзии. Он был современником Хафиза Ширази. Сам Хафиз уделял большое внимание его творчеству и писал ответы на некоторые из его бейтов. Так, например, на бейт Шаха Нематуллаха Вали, начинающийся словами:

«Своим взором МЫ превращаем в золото  кусок земли, Уголком глаза МЫ излечиваем сотни болезней»

Хафез ответил:

«Не могут ли и на нас обратить свой взор те, кто превращает в золото кусок земли.

Вяч. Иванов – Эль-Руми. “Вечера Гафиза”. О бабочке, летящей в пламя свечи…

(Из статьи В. Э. МЕЙЕРХОЛЬД И ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ МОДЕЛИ МОДЕРНА)

Взять хотя бы небезызвестные «Вечера Гафиза». Впрочем, известно о них не так уж много — в отличие от открытых для всех «сред», «вечера» (точнее «вечери») лета-осени 1906 года были интимными собраниями-ужинами избранных, окруженными завесой тайны и множеством слухов.

В названии «вечерей» читается дружеская перекличка с «Книгой Гафиза» из «Западно-восточного дивана» Гете. Гафиз (персидский поэт, ХIV в.) был известен в России с начала XIX века, но «гафизиты» могли появиться только в эпоху модерна и не где-нибудь, а именно в Петробагдаде (всерьез обозначенное Ивановым место сочинения гимна «Друзьям Гафиза» и стихотворений «Палатка Гафиза» и «Встреча гостей», 190615).

Хотя Гете и был объявлен «дальним отцом нашего символизма»16 и предвестником культовых ценностей теургов, притянуть «Западно-восточный диван» к «соборованиию» под звездой Гафиза можно было только за уши. Гете «сопротивлялся» («здесь немец говорит о том, что он чувствует по отношению к персу»17) и даже возражал будущим «гафизитам»:

Мистическим был ты для них,
Тебя по-дурацки читавших,
В великом имени свой
Нечистый хмель увидавших18.
(Пер. В. Левика)

Читало-то Гафиза ивановское окружение едва ли «по-дурацки» — газэлы «гафизита» Михаила Кузмина («Венок весен» из второй книги стихов «Осенние вечера»19) ни в чем гетевским не уступают. Но мистика «вечерей» была программной, по крайней мере со стороны их устроителя.